— А дети и старики при чем? — возмутился Дойл.

— Это частности, — довольно безразлично ответил Оливер. — Кроме того, в последнее время здоровых детей мы передаем аланцам. Они за это платят отдельную сумму. Так что учтите, сироты нынче повышаются в цене…

Телохранители Канна дружно захохотали. Шутка была в их стиле и потому понравилась головорезам. Зато Стюарта еле удерживали друзья — шотландец уже наполовину вытащил клинок и был готов броситься на сотника с оружием…

Когда напряжение немного спало, Храбров вновь начал разговор.

— Как будем делить новобранцев? — негромко спросил он.

— По справедливости, — усмехнулся Канн. — Кто лучше убеждает, тот и получает лучший кусок.

— Это несерьезно, — покачал головой Олесь. — Почти половина группы — сброд. Нам такой контингент не нужен. Это люди твоего полета, Оливер. Подобные мерзавцы могут прижиться только на «Песчаном».

— Очень лестная характеристика, — вымолвил сотник. — Я подумаю над твоим предложением. Однако, ничего обещать не буду.

Закончив с организационными вопросами, полковник Возан неторопливо направился к вновь прибывшим землянам. Взглянув на длинные волосы, многочисленные шрамы и горящие злобой глаза, аланец недовольно поморщился.

— И где Делонт только набирает подобных ублюдков? Они готовы разорвать нас на куски. На Тасконе даже мутанты выглядят привлекательнее, — произнес командующий, обращаясь к своим офицерам.

Тотчас нашелся какой-то подхалим из ординарцев, который поддержал начальника:

— Их для этого сюда и доставляют, чтобы распугивать диких животных, — вставил он.

Полковник изобразил улыбку на лице и повернулся к наемникам. Те прекрасно слышали разговор аланцев. Последние иллюзии относительно своего положения у них исчезли. Рабы вне правил и закона, гладиаторы-первопроходцы.